А центристы, которые в реальности, быстрее, левая партия, прирастили число депутатских мест на одно. Беря во внимание, что депутатов всего 101, это совершенно положительный результат.
Другими словами – не проигрыш.
В неприятном случае, что в Эстонии называется социал-демократами, является необыкновенную смесь социальной демагогии и откровенного милитаризма.
Так в парламенте эстонской республики на сей день мы лицезреем как минимум 4 правых партии, 2 из которых уже тяготеют к заглавию ультра-правых или родных к этому. Другими словами та политическая несколько в Рийгикогу, которая позиционирует себя как Эстония для эстонцев, стала посильнее.
– Начнем с того, что в парламент прошли две новые партии. Беря во внимание, что было 4, а стало 6, изменение довольно существенное. Это не просто две новые партии. Это две правые партии.
Что касается кандидатуры на должность премьера, пологаю, что, не глядя на то, что общее число голосов за реформистов выяснилось меньше, чем на прошедших выборах, но глава кабмина остается прошедшим.
– Вы упомянули, что избиратели ждут от новых партий новых ответов.
Могут ли они что-то привнести, и поменяется ли внутренняя политика Эстонии?
– Осознаёте, четыре партии правого конструктивного нрава фактически топчутся на одном избирательном поле.
Чтоб появляться в первых рядах, каждой из их понадобятся какие-то реформы, предложения согласно решению денежного кризиса.
И только снижения налога на конторы, чем в Эстонии занимались на данный момент, будет очень не достаточно. Это воздействие не дает механично результата роста судьбы населения – а это уже само по себе – проблема.
Эстония, в дальнем прошедшем и крепко прописавшись в ЕС , ждет, когда уровень судьбы будет достигать сравнимых размеров. А до того времени пока этого нет. Потому что Эстония, которая первенствовала республикой по уровню жизни в СССР, на данный момент все еще занимает позиции победителя на местности бывшего СССР.
Воскресенье выяснилось богатым на выборы в Балтийском регионе.
До того времени пока эстонский электорат выбирал новый парламент, литовцы разламывали голову над тем, кого же они желают созидать в местных городских наставлениях и в креслах мэров собственных городов. Решения приняты, голоса подсчитаны, а итоги подведены порталом RuBaltic.Ru в беседе с политологом, медиком наук факультета международных отношений СПбГУ Николаем МЕЖЕВИЧЕМ:
Во-1-х, время уходит, во-2-х, люди не просто утратили свойство принимать эту пропаганду, да и все почаще задумываются: а все ли благополучно дома и в хоть какой момент ли российские проблемы – столичного происхождения?
Вот это осознание, конечно, беспокоит правящую коалицию.
– Николай Маратович, денек вспять в Эстонии прошли выборы в парламент. Как Вы сможете откомментировать их итоги?
– В Эстонии динамика трансформации политического диапазона набора партий не очень быстрая.
Она уступает и литовской, и польской. Исходя из этого вы правы – некоторая вялость от старенькых лиц и старенькых партий имеется.
Но с другой стороны, центристы представлены своим победителем Эдгаром Саависаром, патриархом эстонской политики, которому страна в значимой мере должна независимостью. И он потому что не поменялся. Так что дело не только лишь в вялости от ветхих партий также победителей.
Пологаю, что это желание избирателей увидеть у новых партий новейшую политику. По последней мере, новейшую внутреннюю политику.
Что касается наружной, здесь шансов на трансформацию – ноль. Российско-эстонские дела, которые мы вычисляли просто плохими, могут остаться такими же или стать еще ужаснее.
Третьего не дано.
– Спецы называют результаты очень прогнозируемыми: победа – за реформистами, центристы, вероятнее всего, останутся в оппозиции. Не считая этого, реформисты уже оговорились, что не жаждут кликать в коалицию новые лица – Свободную партию и Народную ограниченную партию. Что это – желание сохранить стабильность в стране?
Другими словами, она никого не опередила. Навряд ли это можно считать большим достижением за 24 года независимости.
– Обстановка в Литве занятна тем, что градус антироссийской истерии достигнул предела. И растолковывать проблемы, скажем, в здравоохранении или в качестве дорожного покрытия рукою Москвы становится все труднее.
– Выборы в воскресенье прошли и в Литве, вправду, городские. Кроме этого, страна впервой выбирала главы горадминистрации впрямую. Как Вы оцениваете итоги этих выборов?
И по какой причине, на Ваш взгляд, введению прямых выборов главы горадминистрации власти очень длительно сопротивлялись?
– Что касается 2-ух новых партий – Партии свободы и Народной ограниченной партии – чего может быть ждать от новичков? Это свидетельство вялости от ветхих лиц или, взаправду, партии занесли предложение что-то дельное, на Ваш взгляд?
А вот новые партии – да!
Возможны примерно 7 вариантов коалиции, исключающие центристов. Но это не принципно ни для нас, ни для эстонского электората.
Так как курс во наружной политике остается прошедшим, во внутренней могут быть мелкие тактические трансформации. И кто предложит на поствыборных обсуждениях какие-либо трансформации, тот, может быть, заинтригует избирателей и будет иметь определенные шансы на вхождение в коалицию.
– Центристов в коалиции не ждут.
Они никому в том месте не необходимы, так как у этой партии принципно другая точка зрения, ежели у других.
Кроме этого, вся политическая элита Эстонии была мобилизована на борьбу с этой партией. Сависаара винили фактически в измене родине. Не в юридической формулировке, так как тогда слету – ровная дорога в трибунал, но – близко к этому: рука Москвы, пророссийская позиция и т.д.
Стопроцентно ясно, что это все ересь и он патриот своей страны. Но патриот, вычисляющий , что не надо доводить до вздора градус противоборства с величавым восточным соседом и необходимо развивать экономические связи. К огорчению, глас центристов, не глядя на то, что и довольно впечатляющий, но – один.
И существовать она может только на поддержании этого градуса милитаризации и т.д. В этом смысле каждые прямые выборы – проверка. А муниципильные выборы являются репетицией парламентских.
В случае если на местных выборах люди не поддерживают ортодоксальную линию, я бы даже сказал, президента, то это – вызов для политического и экономического корпуса. Так как Эстония, Литва и Латвия – три страны ЕС, которые понесли принципиальные утраты от взаимного эмбарго. А не считая этого они к тому же сами идут по пути свертывания экономических связей.
Это сказывается на экономике. А избиратель, разумеется, учитывает состояние собственного кошелька при принятии политических ответов.